В ЕС запретили уничтожать непроданную одежду и обувь. При чём тут ресейл?

С 19 июля крупным компаниям в Евросоюзе больше нельзя просто уничтожать одежду, обувь и аксессуары, которые не удалось продать.

Раньше бренды могли отправлять остатки коллекций на свалку или сжигать их, чтобы не устраивать большие распродажи и не снижать ценность вещей. Теперь сначала придётся поискать для них другое применение.

Откуда взялся запрет

Всё началось с европейского регламента ESPR, который вступил в силу в 2024 году. Его задача — сделать товары долговечнее: чтобы их можно было ремонтировать, перерабатывать и использовать дольше.

Текстиль стал одной из первых категорий, до которой добрались новые правила. Причина довольно наглядная:

По оценке Европейского агентства по окружающей среде, в Европе уничтожают ещё до использования от 4 до 9% всех поступивших в продажу текстильных товаров. Это от 264 до 594 тысяч тонн вещей в год — их произвели, привезли и отправили на склад, но никто ни разу не надел.

Новый запрет — одна из первых конкретных мер в рамках ESPR.

Что изменилось

Непроданные вещи нужно попытаться продать — в том числе со скидкой или через альтернативные площадки. Ещё их можно передать на благотворительность, отремонтировать, подготовить к повторному использованию или переработать.

Уничтожение оставили только для отдельных случаев: например, если товар небезопасен, сильно повреждён, оказался контрафактом или его отказались принимать благотворительные организации. Причину придётся подтвердить документами.

Но сработает ли запрет?

Экологи считают закон половинчатым. Уничтожать остатки часто дешевле, чем хранить, а дефицит помогает брендам сохранять эксклюзивность. Есть и возможная лазейка: крупные компании могут перенаправлять товары через небольшие дочерние структуры, на которые запрет не распространяется. ЕС обещает следить за такими схемами и при необходимости расширить правила.

Бренды, в свою очередь, опасаются дополнительных расходов на хранение, ремонт и переработку вещей. Еврокомиссия считает наоборот: переход к такой модели сделает индустрию устойчивее и конкурентнее. Тем более ничего не менять тоже дорого — Apparel Impact Institute подсчитал, что из-за роста цен на углерод, сырьё и энергию прибыль модных компаний может сократиться на 34% к 2030 году и на 67% к 2040-му.

Раньше бренду иногда было проще уничтожить остатки, чем сильно снижать цену или искать для них новых покупателей. Теперь этот вариант становится сложнее — значит, больше вещей могут отправиться в аутлеты, стоковые магазины и другие каналы продаж.

Ресейл напрямую в законе не упоминается, но логика та же: вещь должна оставаться в обороте, а не исчезать на складе. Чем меньше одежды уничтожают, тем больше у неё шансов однажды оказаться на вторичке — возможно, уже сильно дешевле первоначальной цены.

Получается, ресейл — уже не просто привычка покупать архивный Stone Island у человека из другого города. Это часть большого перехода к модели, в которой вещи носят, перепродают и ремонтируют, а не уничтожают только потому, что закончился сезон.